22:46 

Первоцвет

Инсулиновая терапия
Дзен, гуро и котики
Автор: Инсулиновая терапия
Фэндом: Ганнибал
Персонажи: Ганнибал|Тобиас Бадж, прозрачный намёк на Ганнибал/Уилл
Рейтинг: PG-13
Жанры: Джен, Слэш, Ангст, Психология, Повседневность
Предупреждения: OOC
Размер: драббл
Статус: закончен
Публикация на других ресурсах: только с разрешения автора.
Посвящение: For R.
Примечания автора: Досмотрев сезон, я отправилась на поиски фиков с милым сердцу пейрингом Ганнибал/Тобиас, и... не нашла ни одного. Горе моё было безмерно. Так что вот — один фик теперь точно есть.

— Я вас ждал.

Комната погружена в густой полумрак. Солнце ещё не село, но плотные шторы надёжно защищают её от угасающих лучей.
Человек в кресле расслаблен: кисти рук покойно лежат на подлокотниках, подбородок слегка приподнят — он с ленивым любопытством рассматривает незваного гостя, словно ему не мешает тьма, хотя темнокожий визитёр сливается с ней, будто бесплотный призрак.

— В самом деле? — гость улыбается, демонстрируя белоснежные зубы. — Это лестно.

Лектер молчит. Тишина затягивается; они ощупывают друг друга глазами, принюхиваются — хищники, пауки в банке. Наконец Ганнибал легко поднимается, щёлкает выключателем кованой лампы, и Тобиас, щурясь, осматривается: просторная комната, выдержанная в приглушенных тонах, уютна и ничем не напоминает логово; разве что слишком, чересчур чистая. Стерильная. Тобиас невольно усмехается, сравнивая жилище доктора со своим: он так и не смог отказать себе в удовольствии держать трофеи при себе, так близко, чтобы в любой момент иметь возможность прикоснуться к ним. Цокольный этаж его дома больше походит на анатомический музей, чем на мастерскую. Это опасно, и опасность эта будоражит его почти так же сильно, как глубокий, вязкий звук, извлекаемый из новых струн. Лектер же, очевидно, предпочитает более изящные забавы и более длительные партии — игра в «поймай меня, если сможешь» давно ему наскучила.

«Какую игру вы ведёте сейчас, доктор? — вертится на языке у Тобиаса. — Какую дичь загоняете?» Он — он! — готов, если понадобится, стать егерем. Да что там! — он готов стать гончим псом, самолично принести Ганнибалу его жертву, и, постукивая хвостом, дожидаться у разделочного стола поощрительной горсти ароматной требухи. Ему лишь нужен знак: дрогнувший в полуулыбке уголок губ, мягкий прищур глаз, лёгкий кивок, подтверждающий, что он «свой».
Тобиас жадно следит за Лектером, стараясь не упустить ни единого движения глазных яблок под полуопущенными веками. И в то же время он боится, до холодного пота боится выдать свою лихорадочную жажду близости, признания родства. Никогда раньше ему не доводилось так остро ощущать своё одиночество и инаковость, как теперь, когда он, наконец, встретил себе подобного.

Маска отстранённости под изучающим взглядом Лектера плывёт подобно воску. Тобиас чувствует, как его препарируют, медленно, методично срезая слой за слоем: сначала — кожу, немедленно отброшенную прочь, словно грязную верхнюю одежду; затем — мышцы, похожие на смятый панцирь причудливого доспеха; чувствует, как выламывают рёбра, открывая трепещущую, беззащитную мякоть его сущности…
Ганнибал, до тех пор неподвижный и бесстрастный, внезапно улыбается, и Тобиас понимает: он знает. Ганнибал видит его насквозь, со всеми его слабостями, страхами и жалкими надеждами.
Тобиас моргает и снова натягивает маску: стриптиз окончен. Назад пути нет: теперь, когда нарыв вскрыт и его одержимость Лектером извлечена на свет и тщательно рассмотрена, они не смогут просто разойтись в разные стороны. Тобиас сознательно перешагнул черту, нарушил его личное пространство, заявил права на него — пусть даже с помощью музыки. Если Ганнибал сочтёт это оскорбительным, Балтимор станет слишком тесен для них двоих.

Крупная капля пота медленно сползает за жесткий ворот, спина взмокла, ткань рубашки неприятно льнёт к телу, но Тобиас не делает попытки вытереть лицо. Он ждёт. Ждёт покорно, потому что знает: второго шанса у них — у него — не будет. Возможно, у него вообще больше ничего не будет. Он с удивлением понимает, что даже если всё это закончится для него не слишком удачно, он не пожалеет, что открылся Ганнибалу. В конце концов, Лектер — доктор, а испытывать смущение перед доктором глупо, полушутя думает Тобиас, хотя и сознаёт, что выглядит так же нелепо, как бедолага Франклин. Тобиас пришел сюда как равный, но сейчас, стоя против расслабленного и даже как будто сонного Ганнибала, чувствует себя просителем, безмолвно молящим о милости.

Лицо Лектера неуловимо меняется, глаза становятся непроницаемыми, теряют живой блеск. «Принял решение, — думает Тобиас, но тут же поправляет себя: — Нет, он принял его сразу, как только Франклин исповедался ему и рассказал о своих подозрениях. Каков же вердикт?..»

— Боюсь, я не смогу быть вам полезен. Но, если хотите, я могу порекомендовать другого... специалиста.

Лектер безупречно вежлив, но тон его настолько холоден, что Тобиас чувствует озноб.
Вот и всё.
Он неторопливо приближается к столику, на котором, гордо вывернув шею, красуется граммофон. Проводит пальцем по лакированному дереву, заранее зная, что не обнаружит ни пылинки. Перебирает аккуратную стопку пластинок: Верди, Шютц, Стравинский, Вайс. Сказки Уайльда?.. Тобиас ухмыляется — доктор полон неожиданностей.
Гость не успевает одёрнуть себя, и вопрос сам срывается с губ:
— Почему?

Лектер молчит долго, прикрыв глаза, словно вопрос поставил его в тупик, и, когда Тобиас уже не рассчитывает получить ответ, произносит:
— Первое цветение.
Тобиас недоуменно выгибает бровь, и Ганнибал поясняет:
— Гораздо интереснее наблюдать за бутоном, который готовится распуститься, чем созерцать пусть и прекрасный, но уже начавший увядать цветок, мистер Бадж.

Это неожиданно и оттого ещё более унизительно: Тобиас был готов услышать что угодно, но предположить, что у Лектера — Чесапикского Потрошителя — уже есть то, чего сам он так жаждал, Тобиас не мог.

Сложив пластинки в том же порядке, в каком они находились до его вторжения, Тобиас выпрямляется и задаёт второй, ещё более глупый вопрос.
— Могу я поинтересоваться, как зовут ваш... хм... цветок?
— Думаю, вам ещё представится возможность с ним познакомиться, — Лектер поддёргивает рукав и бросает взгляд на часы. — Не хочу показаться негостеприимным хозяином, мистер Бадж. Может быть, вина?..


@темы: Just eat me, Hannibal, Fanfiction, ...и на дуде игрец. Фанфики, ориджи, etc., Развяжите, я больше не Наполеон. Я - Цезарь

URL
Комментарии
2013-06-21 в 11:15 

Забуза-саныч
Бессердечный нукенин. - Сахар будешь? - Я и так сладкий!(с)
вау! здорово :vo:
я не смотрела эту сцену в сериале, но тут герои настолько живые, что полная иллюзия присутствия.
очень понравилось
вот только почему PG-13? тут же нет ничего, так что просто G, имхо.

2013-06-21 в 12:19 

МорокЪ
А я стою тут в безудержном веселии
Великолепно написано! Живо, красочно и так плавно. Нравится.

Жаль, я сам еще не скоро до сериала доберусь.

2013-06-21 в 15:21 

Инсулиновая терапия
Дзен, гуро и котики
Забуза-саныч, спасибо :sunny:
Сначала стоял G, но потом засомневалась - хоть и вскользь, но упоминаются всякие потроха. От греха, какгрится %)

МорокЪ, спасибо :)
Я с тобой по второму кругу с удовольствием пересмотрю)

URL
   

Додзё с маджонгом и юдзё

главная